Творческому и семейному союзу Игоря Прокопенко и Оксаны Барковской уже более 10 лет.
Каждую неделю на канале РЕН ТВ Прокопенко посвящает нас в секреты разведок мира в своей программе «Военные тайны», а Барковская открывает завесу над миром знаменитостей в передаче «Частные истории».
Они знают все о чужих судьбах и секретах, и в то же время их личная жизнь остается загадкой для телезрителей. Наш корреспондент отправился к Прокопенко и Барковской домой, чтобы выведать их личные тайны.
- За 10 лет существования программы «Военные тайны» вы, наверное, раскрыли все секреты нашей страны?
Игорь: Настоящие секреты хранятся там, где они и должны быть. Я уважаю уголовный кодекс, поэтому передача благополучно пережила четыре уголовных дела о разглашении гостайны. Программа «Военные тайны» существует в пограничной зоне, где заканчиваются доступные для общественности истории и начинаются секреты. И вот на этой нейтральной полосе мы стараемся существовать. Иногда рассказываем о чем-то смешном, например, о боевых крысах или тараканах. Такое оружие действительно разрабатывается, но сегодня оно воспринимается не очень серьезно. Поскольку мы живем в воюющем мире, то много внимания уделяем военной и фронтовой документалистике.
- Некоторые ваши фильмы были запрещены к показу на российском телевидении?
Оксана: После трагедии на Дубровке я сделала фильм о женщине, у которой во время штурма убили 15-летнего сына. Называется он «Норд-Ост, 11 ряд или дневник с того света». Неожиданно для всех фильм запретили. Позднее я сделала более резкий фильм о событиях в Беслане. Но его, как ни странно, показали в эфире без купюр. За последние пару лет я поняла, что зрителю не нужны больше ни маньяки, ни некрофилы, ни тупые развлечения, ему надоела эта тележвачка, он хочет сострадать другому человеку.
- Как вам удается раскручивать людей на откровения?
Оксана: Проникнуть в чужую душу очень сложно, практически невозможно, поэтому приходится действовать как разведчик-нелегал. Например, в «Частных историях» мы очеловечиваем звезд, снимаем с них гламурную мишуру, чтобы зритель мог сопереживать их судьбам. Но при этом мы никогда не заглядываем в чужие спальни. Я принципиально против желтизны. Такой интеллигентный подход располагает знаменитостей к задушевной беседе.
— Давайте теперь поговорим о ваших личных секретах? Когда вы познакомились с Игорем?
Оксана: В школе. Игорь очень дружен с моим старшим братом, военным журналистом. Они ровесники, оба старше меня на 10 лет. Когда-то они ходили в домжур, вместе выпивали. Теоретически Игорь знал, что у Андрея Барковского есть маленькая сестра, и это его никак не волновало. Позднее мы с ним иногда пересекались в кампаниях, но по-настоящему отношения начались 11 лет назад, когда я пришла с Первого канала временно подработать к Игорю на РЕН-ТВ, и вот до сих пор подрабатываю.
Игорь: Я ей, наверное, сразу понравился, и она решила перейти на РЕН-ТВ. Нам было интересно вместе работать, как-то сразу сложился творческий тандем, а это всегда большая удача, ведь из взаимопонимания рождаются новые идеи, импровизация.
Оксана: Хочу пояснить, что я пришла к Игорю уже состоявшимся журналистом, награжденным премией ООН. Некоторые почему-то уверены, что до него я была никем и звали меня никак. Не думайте, что у нас с Игорем сплошная идиллия. Мы спорим и ссоримся по работе часто.
- А когда вдруг произошло чудо, и творческий тандем перерос в любовь?
Оксана: Как-то все само собой случилось, незаметно. У каждого из нас была к тому времени своя семья. Это у нас пятый брак на двоих. Сначала год просто жили вместе, потом поженились.
Игорь: Все происходило очень быстро. Два-три дня — и мне стало понятно, что это не служебный роман, что всё слишком серьезно. Нам хотелось быть вместе.
— Есть ли у вас устав семейной жизни?
Игорь: Мы живем не по уставу, а по понятиям. Поскольку я в прошлом человек армейский, то не очень люблю такие вещи как устав, от него веет казармой. Нам ничего не приходится запрещать друг другу, мы не заставляем себя делать то, что не хочется. Сейчас я хозяйничаю на кухне, завариваю для вас чай, но не потому, что это моя обязанность, просто Оксана занята, наряжает детей для съемки. У нас демократия в доме, поэтому нам существовать достаточно комфортно.
- Какие этапы прошла ваша семья?
Оксана: Мы снимали квартиру в жутком доме. Раньше там был притон наркоманов, и к нам почти каждый день приходили милиционеры с автоматами, проверяли документы и говорили: «Ребята, съезжайте-ка отсюда, это нехорошее место, вас достанут». Мы долгое время кочевали по съемным квартирам, пока не купили свою. Когда появился один ребенок и следом за ним как бонус неожиданно другой, возникла необходимость в более просторном жилье. Здесь в подмосковном поселке живет мой брат, он сказал, что есть возможность купить дом.
Игорь: Мы не хотели покупать новую квартиру в Москве, понимая, что 3-4 года соседи вокруг нас будут делать ремонт. Поэтому когда подвернулся вариант с домом, где нет соседей, мы, не раздумывая, согласились. Здесь уж точно никто не будет стучать ни сверху, ни снизу. Я договорился со строителями, обсудил стоимость, этапы работы, составил генплан, то есть выступил как продюсер проекта. А дизайном занималась Оксана.
Оксана: Игорь вошел в этот дом первый раз, когда мы его покупали, второй — на стадии ремонта, третий — когда уже развесили занавески. Я поспорила с другом, что сделаю полностью ремонт за три месяца. Тот поклялся, что съест дверную ручку, если у меня это получится. Пришлось бедняге грызть металл.
Игорь: Оксана талантлива во всем. И готовит восхитительно, и хозяйка замечательная.
— Не боитесь, что соперники умыкнут ее?
Игорь: Вокруг моей жены всегда огромное количество мужчин — красивых, состоятельных, умных, и бороться с этим бессмысленно. На моем месте другой уже давно бы умер от ревности или от комплекса собственной неполноценности. Как говорит муж Хакамады: «Главное не париться». Вот я и не парюсь. Просто восхищаюсь ей. Она имеет потрясающее качество влюблять в себя всех: детей, стариков, собак, мужчин.
- Когда вы в командировке, кто заботится о детях?
Оксана: Мы стараемся уезжать по очереди, один из нас остается на посту с двумя нянями. У сына с дочкой разница всего год, у каждого свой режим, поэтому пришлось нанять двух нянь. Они научили детей писать и читать. Лизе 4 года, она занимается фигурным катанием и ходит в подготовительный класс гимназии для одаренных детей. Меня тоже родители рано отдали учиться. И это правильно. Ну что скучать дома? Мы с Игорем принципиально отказались от элитной школы. Там слишком пафосная атмосфера, которая калечит психику детей. Нам важно, чтобы дети научились мыслить и быть самостоятельными. К сожалению, из-за напряженного графика работы не удается быть с детьми так часто, как бы хотелось. Самый сложный вопрос дочки, который ставит меня в тупик по утрам: «Мама, ты вечером вернешься не поздно?» Недавно у меня с Лизой состоялся серьезный разговор. Она заявила: «Мам, я выхожу замуж». «За кого?» — спрашиваю. — «За Пашу». – «Знаешь, — говорю, — в твоей жизни будешь еще столько Паш…» Лиза: «Я знаю, что в моей жизни будет много Паш, но я выйду за этого». «Так у него же сопли!» – напоминаю я. Дочка невозмутимо: «Мне все равно, есть они у него или нет. Я выйду за него замуж». И я не нашлась, что ей ответить. Она действительно влюблена и не видит недостатков в своем кавалере. Значит, это любовь.
- А в чем доказательство вашей любви?
Оксана: Когда надо что-то доказывать, это уже не любовь. Игорь, я пыталась тебе доказать, что люблю? (Игорь отрицательно кивает головой в ответ – авт). Мы просто живем в этом состоянии, не анализируя его. Конечно, мы не идеальная пара. Бывает, и ссоримся, как все нормальные люди. У нас порой бушуют итальянские страсти.
Игорь: Но больше 30 секунд они не длятся. Мы никогда не молчим, не копим обиду, сразу выясняем, что не так. Это очень важно проговаривать проблему. Я вообще ссориться не могу, скандалы – глупое занятие. Я бы не назвал наши вспышки непонимания ссорами. У нас быстрый обмен веществ, поэтому мы мгновенно перевариваем конфликты.
Оксана: Мы вообще быстрее живем, чем окружающие. Если люди живут со скоростью 60 км в час, то мы несемся со скоростью 200. Поэтому все успеваем.
- Дети вас чему научили?
Оксана: Я курила 11 лет, а когда забеременела, бросила в один день. Потом пыталась начать снова, и вдруг обнаружила, что даже запаха сигарет не переношу.
Игорь: Я тоже курильщик со стажем, было время — две пачки в день выкуривал. Полтора года назад сам себе сказал: надоело. И больше ни разу не курил. И я очень горжусь своей победой, потому что давно хотел завязать с этой привычкой, но никак не получалось.
- Оксана, как складываются ваши отношения с дочкой Игоря от предыдущего брака?
Оксана: Жене 20 лет, она учится на факультете журналистики и работает вместе с нами. Она долго сопротивлялась, не хотела идти к отцу, боялась, что ее станут называть папенькиной дочкой. И когда в офисе я ей говорю: «Зайди к папе», — она делает страшные глаза, мол, опять нарушаешь табу, ведь на работе не должно быть родственных отношений. Женя скрывает, что она наша. Она творческая личность, и при этом у нее аналитический склад ума. Так что журналистика немного не ее призвание, ей больше подходит продюсерская деятельность.
- Игорь, что в вас осталось от военного?
Игорь: Сны. Мне каждый день снится суворовское училище. У меня два военных образования. Я пришел в армейскую казарму в 14 лет, а вышел в 26. Потом три года служил в гарнизоне, который мало чем отличается от казармы. Естественными стенами там были дремучий лес, а через летную полосу ходили медведи. Наверно, из-за того, что я долго был изолирован от большого города, у меня до сих пор осталось незамыленное восприятие мегаполиса, я не разучился удивляться огромному количеству красиво одетых людей на улицах, возможности посидеть в кафе или у фонтана. До сих пор наверстываю то, что упустил в юности. Люблю ходить в ночные клубы. Летом Оксана с детьми отдыхала в Крыму, и я два месяца жил один, а график мой был таков: вставал в 8 утра, с 9 до трех работал, потом уезжал в бассейн, после плаванья обедал, и с 4 дня до полуночи снова работал. В 12 ехал в ночной клуб, тусовался там пару часов и к 3 утра возвращался домой спать. Причем ни капли алкоголя, ни сигарет. Работа над сериалом – сейчас пишу сценарий к 24-серийному российско-китайскому художественному фильму - настолько напряженная, что давит на мозг по-страшному. И надо как-то расслабляться. Обычно народ пишущий – писатели и сценаристы – снимают усталость спиртным. Но я с алкоголем на вы. Могу выпить, но очень осторожно. Не умею похмеляться, организм не воспринимает по утрам алкоголь в любом его виде. Да и вообще ужасное состояние, когда голова болит, тело разбито… Как говорит Макаревич: «Самая сладкая рюмка – первая. Вторую можно и не пить». А с усталостью надо как-то справляться. Меня спасает ночной клуб. Два часа буб-бум-бум по голове выбивают все мысли. Я не танцую, просто погружаюсь в обстановку, растворяюсь в атмосфере музыки, транс очищает сознание, и ты приезжаешь домой абсолютно пустой, спокойно ложишься и засыпаешь без проблем.
Оксана: Я иногда хожу в клубы, но мне там скучно. Мне больше нравится вечером нырнуть в клетчатые тапочки и телевизор посмотреть.
Игорь: Если я вовремя завершу сценарий, Оксана обещала подарить мне мотоцикл. Но самый лучший ее подарок – сын. На 40-летие жена вручила мне профессиональные коньки со сменными лезвиями. И свой день рождения я отметил на катке - до трех ночи играл в хоккей. А на рассвете чуть ли не на четвереньках от усталости вполз в наш номер. И я желаю всем встречать юбилеи таким необычным образом.
Оксана: Говорят, мужчине нельзя отмечать 40-летие — плохая примета. Поэтому мы уехали в дом отдыха.
— А умеете просто отдыхать? Например, медитировать, сидеть в саду, пить в тишине чай? Или рыбку ловить?
Игорь: Нет-нет, какая рыбка! Я не могу сидеть на одном месте! Я понимаю только активный отдых: роликовые коньки, горные лыжи, хоккей. Мне мама звонит и умоляет: «Ты так утомляешься, береги себя, ляг и отдохни». «Мама, — отвечаю, - я не могу лежа отдыхать. Я так еще больше устану!» Иногда в целях релаксации катаюсь по ночам по ночной Москве на роликовых коньках. Приезжаю в Лужники, оставляю машину у Лужнецкого моста, надеваю ролики и качусь до Кремлевской набережной, поднимаюсь к Спасской башне, пересекаю Красную площадь, съезжаю к ГУМу, спускаюсь в Александровский сад, потом качусь по Новому Арбату к Гоголевскому бульвару. И обратно.
Оксана: А когда у меня плохое настроение, я отправляюсь на шопинг в «Детский мир» и скупаю там игрушки и наряды для своих детей. По субботам у нас добрая традиция — ездим в кино всей семьей смотреть мультики. Это дает заряд бодрости на всю неделю.
- А что муж дарит вам?
Оксана: Всегда одно и то же – драгоценности и домашний концерт (кивает на гитару).
- Романсы играет?
Игорь: Ну что вы! Мой любимый музыкант Джимми Пейдж! Это очень тяжелые блюзы – музыка настоящих мужчин.